Не смотря на то, что я уже практически перешел в когорту «арбитражных» адвокатов, стараюсь держать руку на пульсе в сфере защиты по уголовным делам. В нашей работе должна быть универсальность и разноплановость, мы должны уметь если не все, то многое. Узкий специалист подобен флюсу – полнота его односторонняя. Нужно идти в русле текущего момента не упускать изменений. Тем более у моих доверителей, находящихся на правовом абонентском обслуживании периодически возникают насущные, прикладные вопросы в области уголовного права.

В 2015 году я участвовал в рассмотрении дела в отношении группы лиц, обвиняемых в приготовлении к сбыту крупных партий наркотических веществ в составе преступного сообщества.  Из данного большого дела в отдельное производство были выделены два дела, в отношении обвиняемых, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве.  Их дела были быстро рассмотрены, осужденные, дали в нашем деле свидетельские показания и убыли для отбытия своих наказаний. Они были признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 (2) ст.210 УК РФ и частью 1 статьи 30, части 5 статьи 228.1 УК РФ.

Принял дело по защите гражданина, когда оно уже находилось в суде, прошло предварительное заседание и  решен вопрос о продлении подсудимому срока пребывания под стражей в СИЗО до 4 месяцев. 

Ранее публикация И.Н. Морохина «Краткий обзор программы государственного регулирования адвокатуры. Или чего нам ждать от «Юстиции» вызвала на сайте острую дискуссию о такой серьезной проблеме как  деятельность недобросовестных лиц на рынке юридических услуг.

Подозреваемого гражданина задержали в помещении почтовой службу при получении отправления, содержащего пакет с наркотическим веществом массой 99 грамм.

Ощущаю определенное везение на экзотические статьи уголовного кодекса. Везет не потому, что они попадаются и жизнь от этого разнообразней, но более, потому что результат защиты по ним положительный. Ранее размещалось описание уголовного дела, возбужденного по ст.144 УК РФ, было дело по части 2 статьи 146 УК РФ, теперь вот не менее экзотичный состав – статья 147 УК РФ. У меня много дел, в которых уголовное преследование прекращается на стадии предварительного расследования. Стараюсь допускать дело в суд в том виде, в котором хотелось бы мне. Поэтому длится это мучение всегда около года-полутора и часто в суд так и не попадает. Цель изложения данного материала - попытка изложить методику защиты от обвинения в нарушении изобретательских и патентных прав.

По сдаче дела в суд  следователь сообщил защитнику по телефону: «Уже знаете к кому дело попало? – Ну, теперь он точно лет шесть,  минимум, получит».
 И получил бы.

Несомненно, для адвоката более привычно быть защитником обвиняемого/подсудимого. Однако иногда есть необходимость в оказании в рамках уголовного дела правовой помощи потерпевшему. Казалось бы, эта функция менее сложная, поскольку в ней адвокат потерпевшего находится на одной линии фронта с государственной машиной обвинения, которая уже провела значительную работу по обвинению противника и сбору подтверждающих это обвинение доказательств.
По большому счету, такая работа адвоката зачастую ограничивается составлением и подачей гражданского иска в уголовном процессе, его поддержанием в суде, дачей в суде показаний в качестве представителя потерпевшего, выступление в прениях.
Однако есть масса дел, в которых необходимо более значительное участие адвоката, защищающего интересы потерпевшего. Это дело является показательным примером, в том числе того, какие разные результаты получили потерпевшие, привлекавшие и не привлекавшие к защите своих интересов адвоката. Кроме того, полагаю, что жесткая и профессиональная позиция представителя потерпевшего так же имеет определенное воздействие на суд, который понимает и чувствует, что у государственного обвинения есть равнозначный по силе союзник, активно участвующий в деле и обладающий всеми процессуальными правами, вплоть до обжалования приговора.

Осенью 2013 года житель Московской области был задержан на въезде в город Тюмень. При осмотре на стационарном посту ГИБДД автомобиля такси, в котором он ехал из города Челябинска был обнаружен чемодан с 15 кг реагента для производства спайса. Это не было какой-либо продуманной операций правоохранительных органов, просто «перевозчик» был в этом деле неопытный «перворазник», занервничал, чем дал постовым повод проверить документы и кладь. Данные обстоятельства впоследствии так же были использованы защитой для обоснования незначительной роли подсудимого в деятельности группы лиц, занимающейся перевозкой «тяжелых чемоданов» в крупные города страны.

Полчаса назад Президиум Тюменского областного суда по моей кассационной жалобе изменил приговор осужденному в совокупности к 10 годам лишения свободы по трем преступлениям, оправдав его в совершении преступления, за которое он осужден к 8 годам л/с.  Остаток наказания — 4 года из которых 3 уже отбыто.