Работая по стражным уголовным делам, неоднократно замечал, что содержащиеся в следственных изоляторах подследственные обмениваются мыслями, советами, приговорами, жалобами и формулировками друг с другом. Наверное, ими движет желание помочь собрату по несчастью, то есть некая благая цель. Однако, как известно, «благими намерениями вымощена дорога в ад».

Несомненно, для адвоката более привычно быть защитником обвиняемого/подсудимого. Однако иногда есть необходимость в оказании в рамках уголовного дела правовой помощи потерпевшему. Казалось бы, эта функция менее сложная, поскольку в ней адвокат потерпевшего находится на одной линии фронта с государственной машиной обвинения, которая уже провела значительную работу по обвинению противника и сбору подтверждающих это обвинение доказательств.
По большому счету, такая работа адвоката зачастую ограничивается составлением и подачей гражданского иска в уголовном процессе, его поддержанием в суде, дачей в суде показаний в качестве представителя потерпевшего, выступление в прениях.
Однако есть масса дел, в которых необходимо более значительное участие адвоката, защищающего интересы потерпевшего. Это дело является показательным примером, в том числе того, какие разные результаты получили потерпевшие, привлекавшие и не привлекавшие к защите своих интересов адвоката. Кроме того, полагаю, что жесткая и профессиональная позиция представителя потерпевшего так же имеет определенное воздействие на суд, который понимает и чувствует, что у государственного обвинения есть равнозначный по силе союзник, активно участвующий в деле и обладающий всеми процессуальными правами, вплоть до обжалования приговора.

Между предприятиями был заключен договор поставки оборудования для бурения/ремонта нефтегазовых скважин. Заказчик предъявил особые требования к оборудованию, оно должно было быть не только герметичным, но и компактным. Исполнитель решил, что сможет сделать данное не совсем нестандартное оборудование, но все оказалось не так просто, и первый образец испытаний не выдержал.
Стороны договорились, что продолжат попытку договор исполнить и это следовало, в том числе из содержания переписки между ними и претензий. Однако просрочка в поставке была уже очень большая – порядка 270 дней и заказчик видимо утратил интерес к данной поставке, и направил 1 июня и 6 июля претензию о возврате 30% предоплаты.

Осенью 2013 года житель Московской области был задержан на въезде в город Тюмень. При осмотре на стационарном посту ГИБДД автомобиля такси, в котором он ехал из города Челябинска был обнаружен чемодан с 15 кг реагента для производства спайса. Это не было какой-либо продуманной операций правоохранительных органов, просто «перевозчик» был в этом деле неопытный «перворазник», занервничал, чем дал постовым повод проверить документы и кладь. Данные обстоятельства впоследствии так же были использованы защитой для обоснования незначительной роли подсудимого в деятельности группы лиц, занимающейся перевозкой «тяжелых чемоданов» в крупные города страны.

Многие часто и охотно летают самолетами, часть пассажиров летает с опаской, кто-то страдает аэрофобией, но все интересуются авиацией, любят самолеты, охотно смотрят парады и авиашоу. Поэтому решил немного рассказать о новом маршруте из Тюмени в  Ханты-Мансийск,  которым многие тюменские коллеги часто пользуются для работы в Арбитражном суде ХМАО-Югры. 

Настоящая публикация состоит из двух частей: практической (судебная практика) и теоретической (статейная часть). Начало намерению изложить данный материал по окончании работы над делом, было положено в начале 2016 года, когда один из постоянных клиентов направил материалы для взыскания долга по поставке продукции с трех аффилированных между собой компаний.
Заключенные с ними договоры поставки содержали третейскую оговорку о рассмотрении споров в Арбитражном Межотраслевом третейском суде, находящимся в г. Москва, Семеновский пер. д. 6 офис 6241. При этом, согласно условий третейской оговорки решение третейского суда не подлежало обжалованию и являлось окончательным.

Полчаса назад Президиум Тюменского областного суда по моей кассационной жалобе изменил приговор осужденному в совокупности к 10 годам лишения свободы по трем преступлениям, оправдав его в совершении преступления, за которое он осужден к 8 годам л/с.  Остаток наказания — 4 года из которых 3 уже отбыто.  

В середине 2013 года ко мне обратился один из постоянных клиентов — юридических лиц с вопросом о целесообразности взыскания в судебном порядке долга по поставке оборудования для ремонта нефтяных скважин. Задолженность не погашалась уже более полугода, и по указанному должнику в соответствующей среде предприятий, работающих в сфере поставок оборудования, ходили нехорошие слухи. Было решено обращаться в суд, тем более, что к тому времени у меня уже было в производстве аналогичное дело другого клиента о взыскании с этого же должника задолженности, да и слухи о том, что должник планомерно идет к банкротству имели под собой некие основания.

Очередная экзотика в работе: нарушение патентных прав. Полтора года расследования, продления, уйма бестоковых патентно-технических экспертиз, проведенных с огромными нарушениями «всего и вся», передача дела по подследственности и прочая, прочая прочая.......